01.03.2011 08:39

БЛАГОСЛОВЕНИЕ

Нина Нерад

В 1983-1995 гг. заместитель председателя Президиума Белорусского общества дружбы и культурной связи с зарубежными странами (Минск).

 

В связи с предстоящим 100-летием со дня рождения Святослава Николаевича Рериха меня попросили написать воспоминания о встрече с ним в Индии. О, как встрепенулась моя душа, я пережила всю гамму чувств: от радости до растерянности и смущения — а достойна ли я писать об этом великом Человеке, а что новое я могу добавить к многочисленным отзывам о нем? Я хотела отказаться, но мне во сне явился Святослав Николаевич, и мои сомнения пропали. С трепетной радостью и чистой любовью я хочу говорить о Святославе Николаевиче Рерихе. Рерих — это слово звучит как молитва, как мантра. Кто же он? Он — Подвижник, один из наших духовных ориентиров, художник-мыслитель из когорты Бессмертных, член Академии художеств СССР, создатель Международного Центра Рерихов, «русский Гуру», как звали его в Индии, то есть Учитель жизни, духовности, красоты.

Там, в Индии С.Н.Рерих благословил меня. Обычно на что-то важное нас в юности благословляет мама. Так было и со мной в тринадцать лет, когда меня после окончания сельской семилетки мама, благословив, отправила продолжать учебу в город Гродно. Это первое в моей жизни благословение сыграло крайне важную роль; ибо затем мне всегда хотелось учиться, много читать и познавать новое.

Но то, что произошло в 1987 году, — это сказке подобно, это подарок судьбы, истинно мой «Звездный час»: в Индии меня, почти 50-летнюю даму, благословил Махатма Святослав Рерих. И даже теперь, 16 лет спустя, когда вспоминаю об этом, учащенно бьется сердце, радость наполняет душу (вместе со смущением), роится много вопросов... Наряду с осознанием значимости этой встречи сильна неудовлетворенность собою, неловкость за тогдашнюю Нину — убежденную коммунистку с однобоким марксистско-ленинским взглядом на мир, которая разве что никогда не была голым отрицателем всего духовного и Высокого, которая глубоко внутри себя носила мистические порывы, интуитивное стремление к чему-то еще не познанному.

Я понимаю, что этот повод написать воспоминания о встрече с Учителем обязывает меня окинуть взором прошедшие с тех пор годы и, как на исповеди, оценить их, дать отчет Учителю.

Итак, в 1987 году я работала в Белорусском обществе дружбы и культурной связи с зарубежными странами. Тогда нашим «шефом» была Валентина Владимировна Терешкова — Председатель Президиума Союза советских обществ дружбы (ССОД). В соответствии с Планом зарубежных мероприятий ССОД Белорусскому обществу дружбы было поручено провести в Индии «Дни Советского Союза» на примере Белорусской ССР. Эта акция имела большой политический смысл, ибо проходила в год 40-летия независимости Индии и 70-летия Октябрьской революции. Руководители двух великих стран М.С.Горбачев и Раджив Ганди впервые инициировали проведение в обеих странах в течение всего 1987 года масштабных культурных фестивалей. Мне было поручено подготовить и осуществить проведение «Дней Белоруссии» в Индии (так для краткости именовалась эта акция). Программа предполагала ряд культурных мероприятий, для чего выезжали звезды национального искусства, и обширную выставку «Наука, техника и экономика БССР». Делегацию республики возглавил вице-премьер Правительства республики В.И.Критский. Я же вела всю организационную работу по подготовке этой акции. Начались переговоры с руководством Дома советской науки и культуры в Дели (ДСНК), с работниками Советского посольства в Индии о месте проведения «Дней Белоруссии»: в каких штатах и городах. Наша настойчивая просьба была в том, чтобы кроме Дели мы получили возможность поработать и в Бангалоре, но это далеко, самый юг Индии, и было много возражений. После многократных служебных писем и телефонных переговоров, как с ДСНК и Советским посольством, так и с индийскими коллегами, было достигнуто согласие на Бангалор. Почему мы настаивали на этом маршруте? Я знала, что в Бангалоре живет великий русский художник и общественный деятель, «мост» Восток-Запад Святослав Николаевич Рерих. Неким магнитом тянуло туда. Кроме этого, незадолго перед тем Бангалор стал городом-побратимом Минска, что облегчило «пробивание» нашего маршрута. Когда маршрут был со всеми властями согласован, я стала настоятельно просить работников ДСНК и Посольства связаться со Святославом Николаевичем Рерихом и заблаговременно просить его о встрече с белорусской делегацией в Бангалоре, объяснив ему цели нашей дружественной миссии. Наконец, нам было сообщено о его принципиальном согласии на такую встречу. Все эти организационные усилия увенчались успехом: все состоялось. Мы встретились!

Должна признаться, что и ранее некая неведомая тайная сила влекла меня к Рерихам. Судите сами. Так, в 1970 году я впервые приехала в командировку в США для участия во Всемирной Ассамблее молодежи (тогда я работала секретарем ЦК комсомола Белоруссии). Приближался единственный выходной день в Постпредстве БССР при ООН: а что же русское есть в этом Нью-Йорке? Мне ответили: только Музей Николая Рериха. Я буквально взмолилась организовать для нашей делегации туда экскурсию. Что и говорить: все решает наша устремленность! Все лучшие надежды оправдались. Нас великодушно встретила тогдашний директор музея Зинаида Григорьевна Фосдик и была в тот день самым лучшим в мире экскурсоводом. Справедливости ради скажем, что советские посетители бывали там не часто, поэтому нам был отдан весь жар сердца нашей соотечественницы, самой верной ученицы старших Рерихов. Мои спутники после ее обзорной беседы пошли самостоятельно бродить по музею, а любезная Зинаида Григорьевна все внимание свое сконцентрировала на мне, даже открывала запасники.

Следующая моя встреча с Рерихами состоялась в 1975 году в Минске, когда впервые к нам из Москвы прибыла выставка работ Н.К. и С.Н. Рерихов. Помню, как это событие всколыхнуло город, какие бесконечные очереди выстроились у Государственного художественного музея БССР. Радостно было видеть этот живой поток людей.

В 1983 году, будучи делегатом от БССР на 38-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, я снова оказалась в Нью-Йорке и снова попросила принять нас в Музее Николая Рериха. Теперь нас принял уже новый директор музея, все было протокольно выдержано и показана экспозиция, но ни тепла, ни сердечности в общении не было.

И вот 1987 год: состоялась моя четвертая встреча с Рерихами, на этот раз в Индии, в усадьбе С.Н.Рериха под Бангалором. В жизни каждого человека бывает необыкновенное событие, которое (если не упущено) меняет всю его жизнь, направляя в новое русло, о котором ты ранее не думал. Так случилось и со мной в Индии... Только годы спустя эти события в моей памяти, вернее, в моей душе выстроились в один ряд, дали повод для великой радости и для не меньших размышлений. Одно понятно: мне был дан великий шанс для духовного роста и преображения, но я его неумело использовала в силу тогдашней моей ограниченности.

Итак, 20 декабря 1987 года мы с трепетным чувством радости по приглашению Святослава Николаевича едем в его усадьбу под Бангалором. На эту новость (о поездке к самому Рериху!) откликнулись советские дипломаты, несколько журналистов да еще официальные представители штата Карнатака и мэрии Бангалора. Плюс к этому надо добавить человек 25 военной охраны, так как в те дни в штате вспыхнули столкновения на межнациональной основе. Таким образом, в усадьбу въехало гостей около сорока. По центральной аллее сада в сопровождении секретаря С.Н.Рериха мы двинулись к дому. На ступеньках дома нас встретил Святослав Николаевич с супругой. Шеф протокола штата Карнатака представил хозяину посла Советского Союза в Индии и руководителя белорусской делегации. Святослав Николаевич кратко поприветствовал всех гостей и предложил прогулку по саду в сопровождении его супруги, при этом жестом показал всем идти в аллею направо. Сам же он сошел со ступенек прямо в толпу приехавших гостей, все расступились, он подошел ко мне и сказал: «А ты, дочка, погуляешь со мной». И, взяв меня за руку, повел в противоположную сторону, на другую аллею. Изумление мое было очень велико: как он узнал меня — инициатора этой встречи? Пронеслась мысль, что это посольские работники показали, что я и есть виновница такого шумного визита. Я сразу стала извиняться за это беспокойство и горячо благодарить его за согласие принять нашу белорусскую делегацию.

Идя рядом со Святославом Николаевичем, я чувствовала себя девочкой трех лет, все время у меня текли слезы, и я при этом смущенно улыбалась. Какое-то блаженство наполнило меня, но слезы текли и текли. При этом я лепетала свои извинения за такое поведение и говорила, что у меня все нормально, правда, умер муж, но я уже окрепла. Главное, что наша программа в Индии успешно выполняется и очень хорошо нас везде принимают. Нет оснований расстраиваться, и я не знаю, почему не могу остановить слезы. В ответ Святослав Николаевич говорил очень спокойно: «Доченька, успокойся, все будет хорошо, не волнуйся». Когда мы зашли в глубь сада и он убедился, что поблизости никого нет, то по ходу прогулки несколько раз меня по-христиански благословил. Тогда я ничего не поняла кроме того, что Святослав Николаевич по-отечески хотел меня утешить и не собирался делать мне какое-либо внушение за столь многолюдный набег. Что было после прогулки, рассказали в своих воспоминаниях народная артистка Беларуси Валентина Гаевая и академик Академии наук РБ Владимир Лабунов.

Резонно встает вопрос: что же изменилось в моей жизни, в моем сознании после встречи со Святославом Николаевичем? Напомню, что в нашей стране пошел сложный процесс перестройки, стали издаваться ранее не печатавшиеся книги и новые журналы, появилось много новой информации. Я всецело окунулась в философскую литературу, особенно интересовалась восточной философией, читала много и без определенной системы. Затем появились «Тайная Доктрина», «Письма Е.И.Рерих» и одна за другой книги Живой Этики. Духовный голод стал постепенно насыщаться. Были созданы Советский Фонд Рерихов, а вслед за ним в Минске — Белорусский Фонд Рерихов (при моем непосредственном участии). В первой половине 90-х годов XX века Белорусский фонд Рерихов (БФР) сыграл весьма позитивную роль для роста общественного сознания: налаживалось издание и распространение соответствующей литературы, проводили семинары, секции, выставки, встречи. Я испытываю искреннее чувство благодарности рериховскому активу Минска той поры, людям, которые помогли мне расширять сознание и духовно расти. К великому огорчению, Белорусский Фонд Рерихов не избежал многих ошибок, борьбы амбиций и даже раскола.

Все эти годы я стремилась делиться полученными новыми знаниями, нести их людям. Живой интерес всегда вызывал просмотр видеозаписи о встрече белорусской делегации с Рерихом. Книги Живой Этики, журналы МЦР, прежде всего с материалами научных конференций, я покупала и раздавала в идеологические министерства и ведомства, некоторым депутатам, ученым и писателям. Так я стремилась помочь им в расширении сознания, так как некоторые белорусские госиздания по своему невежеству Агни Йогу называли деструктивной сектой, а Рерихов — шпионами. Правда, радовал прорыв новых знаний в студенческой среде, среди части интеллигенции.

Главный итог прожитых лет после встречи с Учителем в том, что произошло существенное расширение сознания, что сформировалось стремление к самосовершенствованию, к тому, чтобы изменить себя, постепенно избавляясь от отрицательных качеств. Сборник статей С.Н.Рериха «Стремиться к Прекрасному» стал моей настольной книгой. Появилось более осмысленное понимание одного из главных заветов Святослава Николаевича: хотите помочь человечеству — сделайте лучшими себя. Надо признаться, что очень трудно шла и идет эта переделка себя. Прямо-таки в меня въелись некоторые административные привычки, допускала эмоциональные срывы. Очень трудно обретается распознавание и равновесие духа, управление мыслями и концентрация их на положительном и высоком. Однако все эти годы я стараюсь карабкаться по этому трудному пути, зачастую «самоходом», что особенно нелегко дается. Так, на протяжении семи последних лет ежегодно с осени до весны я живу в деревне в родительском доме, ухаживая за престарелыми и больными родителями. Здесь получаю настоящие уроки терпения, смирения и милосердия, а также одиночества и молчания. Не будь духовной подвижки, не знаю, как бы я выдержала это испытание. Я должна сказать, что мои бывшие коллеги по работе и мои друзья (за редким исключением) не совсем понимали мой духовный поиск, стремление к расширению сознания, чтение новых книг и изобрели даже «комплимент» для меня: «наша Нина рерихнулась». Дело осложнилось и тем, что после распада СССР и КПСС я (бывший партработник) не восстановила членство в Компартии Беларуси, заработав, таким образом, звание «предателя», а затем сектантки и пр. Я никогда не отрекалась от своего прошлого, много там было светлого и доброго, но у меня действительно теперь сложился иной, более широкий (по сравнению с классовым) взгляд как на нашу историю, так и на современную политику и пути продвижения в будущее. Изучение Живой Этики не прошло бесследно, ведь мы живем в новой космической эпохе и нельзя только оплакивать прошлое. Святослав Николаевич любил повторять, что мы живем в Бесконечности и Вечности и это надо осознать.

Это и есть мой отчет перед Учителем. Спасибо незабвенному Святославу Николаевичу за его наставление на Путь. За благословение. Я верна!

...Когда были написаны эти воспоминания, я стала участником еще одной встречи с Рерихами, где подтвердилась важная информация. Речь идет о проходившей 27 сентября 2003 года в Минске общественно-научной конференции «Из древних чудесных камней сложите ступени грядущего», посвященной 100-летию экспедиции Рерихов по древним городам — «По старине». Организовало эту интересную акцию Белорусское отделение общественной организации Международный Центр Рерихов. На конференции я слушала доклад методиста лицея №1 города Гродно А.П.Гостева «Рерихи в Гродно». Скрупулезное исследование талантливого краеведа подтверждает, что действительно в июне 1903 года Е.И. и Н.К. Рерихи по программе своего паломничества по старым городам приехали в Гродно. Здесь их интересовала Борисоглебская церковь XII века и старый замок. Радость: Рерихи были в моем родном Гродно. Это добрый знак!

2003 г. Беларусь.